Сонный остров 5

— Ничего. Хорошо мне.
Он отстранился, чтобы посмотреть на неё. Без привычной усмешки её лицо было открытым, почти беззащитным. Артём поцеловал её в закрытые веки, в уголок рта. Она поймала его ладонь и прижалась к ней щекой.
— Побудь так.
Он остался. Лежал рядом, перебирал её пальцы. На одном заметил маленькую царапину.
— Откуда?
— Роза уколола. Вчера возилась.
Он поднёс её руку к губам. Она улыбнулась, и ему вдруг вспомнилась лодка: Катя в его пиджаке, босые ноги, тёмная вода. Он редко возвращался к тому вечеру, но сейчас вспомнил даже, как скрипело весло.
Потом она задремала. Артём подтянул простыню к её плечу и ещё немного полежал, прислушиваясь к дыханию. Телефон на тумбочке коротко завибрировал. Он протянул руку и отключил звук.
Теперь, сидя на краю кровати, он чувствовал, как Екатерина Сергеевна проводит пальцем вдоль его позвоночника.
— Куда собрался?
— Никуда.
Он накрыл её руку своей, подержал и отпустил. Потянулся к тумбочке за часами.
— Помнишь нашу сделку по крипте?
— Конечно. Хорошая сделка.
Екатерина Сергеевна придвинулась и поцеловала его в плечо.
— Ты умница, мальчик мой.
Артём повернул голову.
Она ещё улыбалась. Он посмотрел на её руку у себя на бедре, затем ей в лицо. Хотелось убрать эту руку.
— Николая помнишь? — спросил он.
— Какого?
— Который нас свёл с покупателем.
— А, твоего приятеля. Что с ним?
— Посадили. Надолго.
Екатерина Сергеевна приподнялась на локте.
— Когда?
— Приговор на прошлой неделе.
— Ты мне не говорил.
— Сейчас говорю.
Он положил часы обратно.
— Его крипта пока у меня. Он перед задержанием передал в управление. Я возьму её себе как бонус. На остров.
Екатерина Сергеевна убрала руку.
— А не много ли тебе?
Артём встал. Поднял с кресла брюки, не торопясь надел.
— Там работы ещё на полгода.
— У тебя всё время на полгода.
— Цены меняются.
Она села, натянув простыню на грудь.
— Подожди.
Он застегнул ремень.
Екатерина Сергеевна внимательно посмотрела на него.
— Так это ты помог ему уехать?
Артём взял рубашку.
— Ему было за что.
Она молчала, пока он продевал руки в рукава.
— А он считал тебя другом.
На одной из манжет не хватало запонки. Артём поискал её на кресле, потом наклонился и поднял с ковра.
— Он много чего считал.
Екатерина Сергеевна коротко рассмеялась.
— Ну ты молодец.
Он выпрямился.
Она разглядывала его с новым интересом. Артём знал этот взгляд: так она смотрела на удачно купленную вещь, которая оказалась лучше, чем обещали.
— Бери, — сказала она. — Достраивай свой остров. Хотя нет, наш остров. Он мне нравится.
Он застегнул манжету.
«Уже наш».
Первый платёж строителям ушёл утром. Артём собирался сказать ей об этом, но передумал.
Екатерина Сергеевна протянула к нему руку.
— Иди сюда, Тёмка.
Он посмотрел на часы.
— Мне пора.

К двадцати девяти годам Артём управлял холдингом.
Люди, которые прежде не замечали его рядом с Екатериной Сергеевной, теперь неделями добивались встречи. Он привык, что разговоры стихали при его появлении. На совещаниях ему подавали воду прежде, чем он успевал попросить.
А ей он по-прежнему объяснял каждый крупный перевод.
В тот вечер Артём ехал от Анжелы.
На прощание она повисла у него на шее, засмеялась и попросила привезти её в следующий раз на остров. Двадцать два года, тонкие запястья, острые колени. Она умела слушать с таким вниманием, что первые полчаса он почти верил в её интерес. Потом замечал, как она проверяет время, и вспоминал об оплате.
Он сказал: «Посмотрим», — и снял её руки со своей шеи.
Сколько их было за последние годы — таких же лёгких, смешливых, быстро становившихся знакомыми. Артём перестал запоминать, кому что обещал. Подарками занимался помощник.
Он опустил стекло. Холодный воздух прошёлся по лицу.
— Закрой перегородку, — сказал он Стрижу.
«Сонный остров» почти закончили. На следующей неделе должны были убрать леса с гостевого корпуса и запустить подсветку моста.
Екатерина Сергеевна вчера велела переделать спальню. Сегодня прислала фотографии мебели, которую уже заказала. Даже цвет стен выбрала сама — тот, что нравился ей в их прежней квартире.
Артём открыл снимок. На краю чертежа её рукой было написано: «Здесь мои шкафы».
Он закрыл переписку.
Эта пенсионерка.
Екатерине Сергеевне было сорок девять, но про себя он уже несколько месяцев называл её только так. Особенно после её звонков.
Телефон завибрировал почти сразу. На экране появилось её имя.
Артём дал ему прозвонить ещё два раза.
— Да.
— Мальчик мой, ты где?
В голосе не было ничего ласкового.
— Что случилось?
— Мне нужны твои объяснения. Я смотрю платежи по острову.
— И что?
— Это я у тебя спрашиваю. Приезжай.
Артём медленно провёл большим пальцем по шву сиденья.
— Во-первых, я не обязан перед тобой отчитываться.
Она не ответила.
— Во-вторых, какого мальчика ты там всё время находишь?
— Ты закончил?
— Скоро приеду. И убери своих сорок секретарш. Поговорим без публики.
— Не заставляй меня ждать.
Она отключилась первой.
Артём ещё некоторое время держал телефон возле уха. Потом открыл перегородку.
— К Екатерине Сергеевне.

В приёмной было пусто. На столе секретаря темнел монитор, возле клавиатуры стояла вымытая чашка. Екатерина Сергеевна выполнила его просьбу: отпустила всех.
Артём прошёл к кабинету.
Она сидела за столом, положив ладонь на распечатки.
— Закрой дверь.
Он закрыл.
— Что ты себе позволяешь?
— Я приехал поговорить.
— Тогда объясни вот это.
Она повернула к нему верхний лист.
Артём даже не посмотрел.
— Деньги на стройку.
— Я вижу назначение платежа. Кто разрешил?
Он усмехнулся.
— Опять?
Екатерина Сергеевна убрала руку с бумаги.
— Что — опять?
— Разрешил. Согласовал. Доложил. Тебе не надоело?
— Мне надоело узнавать о твоих решениях последней.
Артём остановился возле кресла. Садиться он не собирался.
— Я веду весь холдинг. Ты хоть представляешь, сколько вопросов я решаю за день?
— Представляю. Я передала тебе эти дела.
— Десять лет назад.

Продолжение следует...