Сонный остров 4

Артём покачал головой. Достал телефон, но Екатерина Сергеевна накрыла его руку своей.
— Подожди.
— Может, он хотел…
Она присела перед ним.
— Артём. Посмотри на меня.
Он не мог оторвать глаз от телефона.
Екатерина Сергеевна взяла его лицо в ладони и повернула к себе.
— Ты не мог знать.
— Я знал, что у него ничего не осталось.
Она убрала руки.
В кабинете стало слышно, как за стеной звонит телефон секретаря. Артём смотрел на Екатерину Сергеевну, ожидая ответа.
— Мы дали ему квартиру, — сказала она.
— Он спрашивал про дом. Можно ли вернуть.
Екатерина Сергеевна оглянулась на сумку.
— Сейчас уже ничего не изменишь.
Артём провёл пальцем по экрану. В списке вызовов снова появилось имя Ярослава.
— Тёмка.
Она забрала у него телефон и положила на стол.
— Побудь со мной. Сейчас больше ничего не надо.
Подойдя к двери, Екатерина Сергеевна повернула ключ в замке. Затем опустила жалюзи.
Артём следил за ней из кресла.
— Что ты делаешь?
— Не хочу, чтобы нам мешали.
Она вернулась и протянула ему руку.
Он не двинулся.
Тогда она сама наклонилась к нему, поцеловала в висок, провела ладонью по груди. От неё пахло теми же духами, что вчера в машине.
— Я рядом, — сказала она.
Её пальцы остановились на верхней пуговице его рубашки.
Артём закрыл глаза. Перед ним снова стоял Ярослав возле новогодней ёлки.
— Посмотри на меня, — попросила Екатерина Сергеевна.
Он открыл глаза.
Она улыбалась, терпеливо ожидая, когда он улыбнётся в ответ.

Первую зиму после смерти Ярослава Артём плохо спал. Иногда просыпался оттого, что звонил телефон. На экране ничего не было.
Екатерина Сергеевна забрала его жить к себе. По вечерам он засыпал под звук её голоса: она лежала рядом и рассказывала о людях, которых он ещё не знал, о сделках, в которых ему предстояло участвовать.
Весной купили землю. Деньги дала Екатерина Сергеевна, но участок оформили на Артёма.
В день, когда привезли первые чертежи, Артём разложил их на полу. Долго стоял на коленях, водил пальцем от моста к дому, просил архитектора объяснить, где будет падать утренний свет.
Екатерина Сергеевна смотрела на него из кресла.
— Ну вот, — сказала она. — А ты боялся.
Позднее, когда очередной должник попросил отсрочку, Артём уже не стал звонить ей.
Человек сидел напротив, мял в руках кепку и говорил о больной жене. Артём выслушал, придвинул бумаги.
— Я понимаю. Но это ничего не меняет.
Вечером он долго стоял под душем. Потом вышел, открыл фотографии со стройки и впервые за день почувствовал, что проголодался.

За пять лет Артём набрал вес. Пиджаки теперь шили на заказ; застёгивая их, он привычно одёргивал ткань на животе. Двигался неторопливо, редко повышал голос. Если собеседник не понимал с первого раза, Артём замолкал и ждал.
Он больше не водил машину. На заднем сиденье можно было просмотреть документы, сделать несколько звонков или просто закрыть глаза. Стриж знал, когда не следует задавать вопросов.
Екатерина Сергеевна передала ему в управление три фирмы. У него появился отдельный трёхэтажный офис с кабинетом наверху. Она приезжала без предупреждения. Секретарь всякий раз вставала ей навстречу и пропускала, не звоня Артёму.
«Сонный остров» строился.
Сначала пришлось укреплять берег, потом переделывать мост: прежний проект не выдерживал того, что Артём задумал позднее. За домом появился гостевой корпус, под ним — бассейн. Архитектор приносил новые эскизы, и всякий раз
оказывалось, что без ещё одной пристройки, лестницы или террасы всё будет выглядеть незаконченным.
Артём соглашался. Потом сердился, получив смету.
Фотографии со стройки он теперь пролистывал на телефоне. Приближал трещину в штукатурке, замечал не тот оттенок камня, отправлял прорабу короткое: «Переделать».
Дом уже отражался в пруду. Радость, с которой Артём прежде представлял эту картину, всё откладывалась — до окончания следующего этапа.

Николай подписывал бумаги быстро. Пробегал глазами первую страницу, переворачивал остальные и брал ручку. Если что-то было непонятно, спрашивал у Артёма, не дочитывая.
— Всё проверили?
— Проверили.
— Тогда давай сюда. Я тебе доверяю.
Артём поначалу задерживался рядом, готовый объяснить. Потом перестал.
Мысль возникла однажды во время такого подписания. Николай говорил по телефону с женой, зажимая трубку плечом, а свободной рукой ставил подписи там, куда указывал Артём.
— Да купи, — сказал он в трубку. — Нравится — купи.
Артём подождал, пока ручка оторвётся от бумаги, и подложил следующий лист.
В тот день со стройки снова прислали смету.
Он ещё ничего не решил, но впервые посмотрел на подпись Николая как на возможность.
Позднее, готовя очередной пакет документов, Артём долго сидел над последними страницами. Затем внёс изменения. Когда Николай приехал, встретил его как обычно, предложил кофе.
— Может, хоть прочитаешь? — спросил он.
Николай усмехнулся.
— Тём, мы сколько лет работаем?
Артём придвинул ему ручку.
«Ну доверяй, доверяй».

Потом был анонимный звонок в налоговую.
Артём сообщил о скрытой выручке, фиктивных сделках, нарушениях с НДС. Называл то, что следовало проверить, и старался не торопиться. Закончив разговор, некоторое время сидел неподвижно.
На столе лежал телефон. Николай прислал фотографию с рыбалки.
«В следующий раз поедешь. Отказы не принимаются».
Артём открыл снимок, посмотрел и погасил экран.
Проверка началась не сразу. Когда Николай впервые позвонил встревоженным, Артём успел несколько раз пожалеть о звонке — и столько же раз убедить себя, что назад уже не вернёшь.
— Приехали документы забирать, — сказал Николай. — Ты можешь подъехать?
— Сейчас не получится. Что именно спрашивают?
Он выслушал, задал несколько вопросов, пообещал помочь.
После разговора позвонил прорабу и подтвердил заказ камня.

Дело тянулось долго. В нём появились скрытая прибыль, фиктивные сделки, многомиллионные суммы НДС. Документы сопоставляли с движением денег, перепиской, показаниями сотрудников. Бумаги, которые Николай подписывал не читая, теперь возвращались к нему по одной.
Он повторял, что всем занимались вместе. Просил поднять переписку с Артёмом, найти прежние договорённости. Но то, что он помнил как общий разговор, в документах оказывалось его решением.
Себя Артём называл консультантом. Отвечал спокойно, не прибавляя ничего сверх заданного вопроса.
Николаю дали большой срок.
Последнее письмо от него Артём прочёл дважды. Там не было ругани. Николай всё ещё просил приехать.
«Надо поговорить. Думаю, ты сможешь многое объяснить».
Артём сложил лист и убрал в ящик стола.
Вечером Екатерина Сергеевна спросила, почему он такой молчаливый.
— Устал, — ответил он.

Екатерина Сергеевна лежала на боку, подложив ладонь под щёку. Артём сидел на краю кровати. На спине медленно высыхал пот.
Несколько минут назад она обнимала его, уткнувшись лицом ему в шею. Он чувствовал её дыхание, гладил волосы и никуда не хотел уходить.
В какой-то момент она тихо рассмеялась.
— Что? — спросил он.

Продолжение следует...